gabblgob: (Default)

Иногда мать-природа создаёт такие чудеса, что просто захватывает дух. Она была «Мэрилин Монро» эпохи после Великой войны, заработала тридцать миллионов долларов (в нынешних ценах это что-то около миллиарда), её — и не без оснований — считали прекраснейшей женщиной своего времени. Совершенство. Теперь сын Хеди Ламарр рассказывает историю своей матери — австрийской еврейки, ставшей одной из первых сверхзвёзд мирового кинематографа.

Read the rest of this entry  )

Originally published at Ardet Verbum. You can comment here or there.

gabblgob: (gorgona)

Вот вы как хотите, а я, услышав про «сакральный Крым / Корсунь», чуть со стула не упал. Сурожская епархия в Лондоне, тайный наследники, кровь Христа, вот это всё. (Сурожскую епархию, каюсь, не я придумал, но в строку ложится превосходно.) Потому что доля моей вины тут тоже ого-го какая.

Ноосфера такая страшная штука.

***

Он вошёл в класс, и дети стихли мгновенно. Кое-кто разочарованно вздохнул — кончилась вольница, Гур явился. Он сел за стол, раскрыл журнал, улыбнулся:

— Какую же тему мы исследуем, друзья мои? Щербаков, доложите, — Гурьев знал по именам и фамилиям всех детей, даже первоклашек, и ко всем обращался на «Вы», — заслужить у Гура приятельское «ты» было делом чести, доблести и геройства, предметом вожделенной зависти и мечтой каждого.

— Однокоренные слова, Яков Кириллович, — с места сообщил мальчик. На случай короткого ответа — одно, два предложения — Гурьев разрешал «не подскакивать», и это тоже было хорошо известно. — По русскому…

— Скучно, да? — посочувствовал Гурьев. — Ничего, мы сейчас это враз поправим. Кто знает, как раньше назывался город Сталиноморск? Вижу лес рук.

Дети заулыбались, поднялись сначала пять, потом шесть, потом ещё две или три руки.

— Пашутина, — милостиво кивнул Гурьев.

— Сурожск.

— Сурожск, — подтвердил Гурьев. — Верно, спасибо. Сурожск, или, как произносили тогда, Сурожеск. Это хорошо, что вы знаете историю. История — очень, очень важное дело. Особенно — история Родины, малой родины. Это вы молодцы. Пашутина, напишите, пожалуйста, слово «Сурожск» на доске — прописными буквами и так, чтобы между знаками оставалось место ещё для одной буквы. Отлично. Спасибо. А кто может сказать, какой корень в слове «Сурожск» можно увидеть? Или, может быть, даже несколько?

— Сур, — неуверенно произнёс кто-то из детей. И ободрённый кивком Гурьева, повторил увереннее — Сур.

— Рож? — спросил Щербаков. — Это от «рожи», что ли?

Кто-то хихикнул, но поддержки не получил: Гур серьёзен — значит, и дело серьёзное, нечего хиханьки разводить. Он поднялся, подошёл к доске, взял в руку мел:

— Смотрите, что получается, друзья мои, — он вписал ещё одно «р» между «р» и «о» и поставил над ними две корневые дуги, получилось — «сур» и «рож». — Сур, или сар — это на шумерском языке означает царь, правитель, судья. В те времена — много тысяч лет тому назад — обязанность судить и править, управлять, была сосредоточена в руках одного человека. Сара, сура, царя. Слово это через другой древний язык — санскрит — пришло к нам, в русскую речь. Будем считать, что это мы выяснили. — Гурьев написал на доске ещё два коротких слова в столбик: «рус», «рос», а рядом — в другой столбик — «раж», «руж», «руд», «руда», «род». — Идём дальше, смотрим на второй наш корень. Не забывайте, что чередование гласных, замена их одного на другой, особенно близко стоящего по способу произношения, — дело обыкновенное и пугаться его не следует. Как и согласных звуков — «ж», «д». Поэтому — вот так. На языке наших предков руда — это кровь. Рудый — красный. Ражий — здоровый, кровь с молоком. Руд — кровь, род, семья, народ. Что получается? Гриневич, попробуйте Вы, — подумайте. Вслух.

— Царь и кровь, — удивлённо проговорил мальчик. — Кровь царей? Кровавые… Нет. Кровь царей, да?

— Совершенно верно, — кивнул Гурьев. — Спасибо. Именно так — кровь царей, царская кровь. А дальше — ещё интереснее, — он показал на «рус» и «рос». — Во многих древних языках слова читались в обе стороны: и слева направо, как мы привыкли, и наоборот. В некоторых языках — в арабском, в древнееврейском — чтение «наоборот» стало «правильным». А в японском, китайском — слова записывают как слева направо, так и сверху вниз. Итак, смотрим на слово «сур», читаем его «наизнанку». Что получается?

— Рус…

— Хорошо. А второй корень? — Гурьев постучал мелом по слову «раж».

— Жар?

— Правильно. Жар, свет. Запомните — свет и жар. Это важно. Вернёмся к «русу». У кого есть какие мысли на этот счёт?

— Русы — это русские?

— Русы — это русы, — покачал головой Гурьев. — Сейчас учёные — историки, языковеды, археологи, географы — много спорят о происхождении слова «русский», «Россия». Вопрос этот — очень сложный, думаю, один из сложнейших вопросов подобного плана. Но мне лично кажется, что «рус», «сур» и «русский», «Россия» — слова близкородственные. В какой-то мере — вытекающие одно из другого, наследующие друг другу. Давайте пока, чтобы не углубляться в совершенные дебри, остановимся на этом. — Он снова написал, на этот раз — в строчку: «сур», «рож», «рус», «жар», а ниже — «кровь» и «народ». — До звонка — четыре минуты, поэтому я, так уж и быть, сделаю за вас вашу работу, — он улыбнулся. — Итак, что же мы получаем? Удивительные вещи мы получаем, друзья мои. Смотрите. Видите? Царь — и кровь. Кровь — царей. Царь — и свет. Свет — царя. Свет — руси. Рус — и свет. Рус — царь. Свет — род. Царь — народ. Интересно, правда?

Дети сидели, не шевелясь, глядя на доску и на стоящего у на возвышении Гурьева, как завороженные. Он и в самом деле заворожил их — древним ритмом изначального слова, раскачивающего кровь идущих на битву воинов, вечную кровь земли. Он кивнул:

— Да, друзья мои. Вот что такое — родной язык. Родной язык и родная история — вот что это такое.

История, подумал он, глядя, как притихшие дети с задумчивыми и просветлёнными лицами выходят из класса. Это — история. И моя история — тоже.

***

P. S. А «сакральный» — это, случайно, не от слова «крал»?

gabblgob: (gorgona)
... романтизм и сентиментализм — это база для популистских идеологий, которые, за неимением лучшего и более наукообразного «каркаса», приходилось оформлять в виде художественных произведений. С появлением левых доктрин — марксизма, анархизма, фашизма, народничества, «романтическая эпоха» в литературе быстро закончилась. Популизм, направленный на недостаточно образованных, отрицающих ratio инфантильных людей, считающих, что можно устроить процветающее общество «без расчета, лицемерия высших классов и сухой статистики», нашел для себя более подходящую идеологическую форму. Именно романтизм и инфантильное желание «устроить всеобщее счастье быстро и прямо сейчас» привели к появлению фашизма и коммунизма. В основе обеих идеологий лежит идеология ребенка, обиженного на то, что кто-то имеет многое, а он, ребенок, не имеет ничего. Сходны также их методы: «отобрать у нехороших людей собственность и передать тому, кому она нужнее». Бенито Муссолини, который до последнего состоял в Итальянской социалистической партии, рассказывал, как он ненавидел богатых, у которых было то, что хотел иметь он сам. В итоге он добился своего — фашизм привел к перераспределению собственности в Италии и дальнейшему огосударствлению этой страны, а после — и к ее поражению. Большевистская революция в России и Венгрии, революция в Испании и т.д., были еще более радикальным экспериментом по отъему собственности у людей в пользу партии и государства. Итог известен — геноцид, гражданские войны, разруха, изоляция.

Китти Сандерс. Обыкновенная история

Неизвестно, хватило бы Китти на целый курс школьной литературы (антр ну, думаю, что хватило бы), но на её открытый урок я бы отправился, не раздумывая.
gabblgob: (mohel)
В последние месяцы (как и в следующие) я довольно много времени, до четырёх часов в день, кроме выходных, провожу в дороге, поэтому — а также в целях совершенствования навыков аудирования — слушаю аудиокниги, в частности, на немецком. Так мне под руку попалась опупея британского автора Кена Фоллетта «Падение титанов» (у неё есть продолжение — «Зима мира»).

Опупея посвящена событиям до, сразу после, вокруг и около Первой Мировой. Герои опупеи — англичане, немцы, американцы и русские. Пока автор не трогает своим лёгким и бойким пером русских — всё приемлемо и местами даже хорошо. Даже когда автор живописует сцены русской революции, старательно передранные из воспоминаний очевидцев указанных сцен — это ещё более или менее терпимо. Но когда начинается отражение русских характеров и русских имён — наступает сплошной нескончаемый фейспалм за кирпичной кладкой.

Когда Голливуд изображает русского Ивана Драго («дурака») посредством Дольфа Лундгрена, это можно даже рассматривать как лесть (наверное). Но когда русского иммигранта в Америке 10-х гг. ХХ в. (сделавшего стремительную карьеру — от вышибалы в борделе до владельца клубов и ресторанов, а также газет и заводов) зовут Джозеф Ваилов, его жену — Леной, а дочь — Ольгой, когда на страницах опупеи путиловские рабочие с ромейскими именами Лев и Григорий по фамилии Горький Пешков(ы) воюют с царским полицейским по фамилии Пинский, а их товарищ Исак по фамилии Феодорович бегает по цеху с криками «даёшь 8-часовой рабочий день!» — это не смешно и совсем не мило. А когда озверелые рюсске пейзане поднимают на вилы шурина одного из основных персонажей, сочувствовать бедному knyaz Andrey (ау, Толстоевский!) и его супруге Валерии (необычайно популярное у русской аристократии женское имя, ага) как-то не получается — хочется в голос ржать. Причём такая клюква там цветёт и пахнет повсеместно, пересыпанная «руссицизмами» вроде «maminka» (с ударением на второй слог, видимо, должно означать «маменька») и прочими «balalaika».

В общем, подъезжая к сией станцыи, у меня не было ни тени сомнения в том, что автор вдохновенно творил свой опус в башне из слоновой кости где-то на рубеже 70-х — 80-х гг. прошлого века, когда единственным источником сведений о России / СССР были редкие, словно серебристый соболь, переводы эмигрантских мемуаров (русским автор не владеет) да солженицынский «Архипелаг ГУЛаг». Каково же было моё изумление, когда выяснилось, что опупея появилась на свет в 2010-м, а её продолжение (предвкушаю, что я там услышу!) — в 2012 году! Оказалось, что наш британский драмодел-литермахер настрогал за свою долгую и ещё далеко не закончившуюся творческую жизнь 31 роман. Нет, я понимаю, — выдавая по роману в год, качество текста соблюсти трудно, но помилуйте, граждане, — существуют генераторы имён на всех языках, педивикия и прочие костыли! Нельзя же так издеваться над читателями! Или я опять чего-то не понимаю?

Впрочем, без ложки мёда не обошлось: Фоллетт — хороший рассказчик, следить за героями даже интересно (что ещё они выкинут). Но всё же то, что подобная беллетристика составляет (и отражает) бездну эрудиции западного middle class о совсем, к слову, недавней истории и не только это грустно, девушки ©

gabblgob: (katanapen)
может, у кого есть скачанное?

Борис Лавренёв "Синее и белое"

очень нужно :(
gabblgob: (mohel)
Теперь я знаю, как нужно писать книги, чтобы получить Нобелевку. И понимаю, что мне её не видать, как своих ушей. И почему мне не грустно? :)

В десять тридцать пять вахтер проходной шахты Лошань рухнул на землю, обхватив голову руками.
Изо рта выступила белая пена, тело содрогалось в конвульсиях.
С ухмылкой на лице и сверкающим пистолетом в руке Дин Гоуэр стоял стройный, как гималайский кедр.
Его обволакивал вьющийся из дула синеватый дымок.


Приобщиться к памятнику мировой литературы и живому классику
gabblgob: (penbullet)
— Это были очень трудные годы — я был как никогда близок к смерти, к безумию, к отчаянию. Ничего хорошего в этом не было. Но в конце концов я узнал, что способен все это вынести. Я, так сказать, с глубоким интересом отметил, что не сошел с ума и не распался как личность. С другой стороны, когда литература до такой степени становится вопросом жизни и смерти, тебе приходится решать, стоит ли эта игра свеч. Все мне тогда говорили: «Это всего лишь книга, забудь о ней, начни другую…»

Салман Рушди о времени и о себе
gabblgob: (geksly)
Оригинал взят у[livejournal.com profile] enzelв post

И О РОССИИ

«Затемнённый мир» - сочинение весьма общее, обзорное. Оторванный от университета и библиотек историк сидит в деревне, незадолго до смерти, посреди войны и подводит неутешительные итоги, осторожно намечает сомнительные перспективы. Россию он в своём трактате почти не упоминает, разве что в контексте «милитаризма» называет, после Фридриха Великого, Петра, «этого бесподобного варвара», а позднее, в связи с завоеванием Средней Азии и заключением русско-французского союза говорит о «непредсказуемости» России, а также бросает упрёк в «насилии» по отношению к Финляндии (упразднение некоторых привилегий). Но всё же в одном месте он находит возможным высказаться чуть более пространно:

«И вот в XIX в. происходит полный поворот в эмоциональном восприятии этого слова (буржуа – С.К.). И социалистический, и романтический идеал возлагают проклятие века на буржуазность. Буржуа становится воплощением всех общественных зол. Вот кто из подлой корысти поддерживает несправедливость и неравенство во всём мире. Долой буржуа! Из этой новой химеры, продукта зависти прочих, вкупе с мудростью улицы, прежде всего Карл Маркс выковал то отравленное оружие, с помощью которого в России вырвавшийся на волю плебс, смешанный с элементами подхваченной вихрем интеллигенции, вскоре уже смог выкорчевать высшие классы великого и талантливого народа под исторически нелепым именем буржуазии». (Й. Хёйзинга. Затемнённый мир. СПб, 2010. Сс.319-320.)

Относительно будущего России историк крайне осторожен: «Мы слишком мало знаем, что собой представляет Россия и остальной славянский мир сейчас и чем он может стать в будущем. Русский народ, во всех его разновидностях – <…> в высшей степени неоднороден». (Там же, с. 333). При этом, говоря о послевоенном мироустройстве, в качестве «трёх величайших держав, которые когда-либо знала история», Хёйзинга называет Британскую Империю, Соединенные Штаты Америки и «Союз государств России» (он же – Союз всех Россий, Всероссийский Союз), в который, по его мнению, способен превратиться СССР после «завершения этой отчаянной битвы». (Там же, сс.344-345.)
gabblgob: (mohel)

БЕРЛИН, 17 августа. /Корр. ИТАР-ТАСС Вячеслав Филиппов/. Высший административный суд федеральных земель ФРГ Берлина и Бранденбурга постановил разрешить членам ультраправой организации «Про Дойчланд» /»За Германию»/ запланированный на субботу показ в германской столице карикатур на пророка Мухаммеда.

Да, немецкий суд — самый справедливый суд в мире. В связи с чем у меня накаталось маленькое открытое письмишко одной заинтересованной стороне, которая уже выполняет кладку силикатным кирпичом по обозначенному поводу. Надеюсь, письмо дойдёт до адресата. За «Дракона» вам, вот.

Дорогие Заксен-Кобурги и персонально баба Лиза!

Читать запись полностью  )

Запись опубликована Вадим Давыдов | OCCIDE VERBUM. You can comment here or there.

gabblgob: (mohel)

БЕРЛИН, 17 августа. /Корр. ИТАР-ТАСС Вячеслав Филиппов/. Высший административный суд федеральных земель ФРГ Берлина и Бранденбурга постановил разрешить членам ультраправой организации «Про Дойчланд» /»За Германию»/ запланированный на субботу показ в германской столице карикатур на пророка Мухаммеда.

Да, немецкий суд — самый справедливый суд в мире. В связи с чем у меня накаталось маленькое открытое письмишко одной заинтересованной стороне, которая уже выполняет кладку силикатным кирпичом по обозначенному поводу. Надеюсь, письмо дойдёт до адресата. За «Дракона» вам, вот.

Дорогие Заксен-Кобурги и персонально баба Лиза!

Читать запись полностью  )

Запись опубликована Вадим Давыдов | OCCIDE VERBUM. You can comment here or there.

gabblgob: (katanapen)

«Год Дракона» (издание второе, полностью переработанное) «ушёл на золото».

Уверен, текст появится на Флибустах и Либрусеках очень скоро :) Пока там лежит первое издание.

И ещё у меня две просьбы.

1. Тех, кого я просил поделиться впечатлениями о книге и кто этого ещё не сделал — отпишитесь, пожалуйста, у себя в блогах, на страничках или где вы там хотите/можете, а сюда киньте, будьте так добры, ссылки.

2. Если у кого-то из прочитавших возникнет желание купить книгу — неважно, до прочтения или после :) — это можно сделать на «Литмаркете» (уже) или на «Литресе» (скоро).

Кроме них, есть Амазон, бумажный и Kindle — Amazon USA и Amazon Europe, а также книжная лавка у меня в блоге и на Facebook. Кому что нравится и как удобнее.

Читать первую часть*

Всем, купившим бумажный вариант на Амазоне — электронный вариант в подарок. Естественно. Покупатели ebook всех форматов могут обращаться за PDF с автографом. Пишите письма мелким почерком в ЛС. И не забывайте там везде, пожалуйста, «лайкать» — автор это непременно оценит, я вам гарантирую.

Пользуясь случаем, хочу ещё раз выразить глубокую признательность Мише Шевлякову, нарисовавшему обложки к моим книгам, и, конечно, Рафаэлю Левчину — автору первой «официальной» рецензии на «Год Дракона».


* Я полагаю, это справедливо. И если браузер показывает вам непонятные значки вместо букв, смените «Вид —> Кодировка —> Windows 1251» через меню этого браузера.

Запись опубликована Вадим Давыдов | OCCIDE VERBUM. You can comment here or there.

gabblgob: (katanapen)

«Год Дракона» (издание второе, полностью переработанное) «ушёл на золото».

Уверен, текст появится на Флибустах и Либрусеках очень скоро :) Пока там лежит первое издание.

И ещё у меня две просьбы.

1. Тех, кого я просил поделиться впечатлениями о книге и кто этого ещё не сделал — отпишитесь, пожалуйста, у себя в блогах, на страничках или где вы там хотите/можете, а сюда киньте, будьте так добры, ссылки.

2. Если у кого-то из прочитавших возникнет желание купить книгу — неважно, до прочтения или после :) — это можно сделать на «Литмаркете» (уже) или на «Литресе» (скоро).

Кроме них, есть Амазон, бумажный и Kindle — Amazon USA и Amazon Europe, а также книжная лавка у меня в блоге и на Facebook. Кому что нравится и как удобнее.

Читать первую часть*

Всем, купившим бумажный вариант на Амазоне — электронный вариант в подарок. Естественно. Покупатели ebook всех форматов могут обращаться за PDF с автографом. Пишите письма мелким почерком в ЛС. И не забывайте там везде, пожалуйста, «лайкать» — автор это непременно оценит, я вам гарантирую.

Пользуясь случаем, хочу ещё раз выразить глубокую признательность Мише Шевлякову, нарисовавшему обложки к моим книгам, и, конечно, Рафаэлю Левчину — автору первой «официальной» рецензии на «Год Дракона».


* Я полагаю, это справедливо. И если браузер показывает вам непонятные значки вместо букв, смените «Вид —> Кодировка —> Windows 1251» через меню этого браузера.

Запись опубликована Вадим Давыдов | OCCIDE VERBUM. You can comment here or there.

gabblgob: (Default)

Оригинал взят у [livejournal.com profile] strukova_mv в Царевна

Мне бабушка говорила таинственно и напевно:
в Гражданскую это было, пришла к ним в село царевна.
Держалась она достойно в одежде простой из ситца,
твердила: осилим войны. Просила за Русь молиться.
В рассказанном лжи не вижу: какое же самозванство
не в Лондоне, не в Париже, в Рязани учить крестьянство,
скитаться в года лихие, казаться мечтой о чуде.
Укрыли леса глухие, не выдали добры люди
ни власти, ни волчьей пасти. И так она кочевала,
ни крошечки не просила, ни грошика не  искала.
Обители, сёла, тропы, дороги о край Европы.
Гражданская. Глушь. Россия.
Царевна Анастасия.



*   *   *

 - Что же ты там такое выкопал, - удивлённо приподнял брови Городецкий, шагая вслед за Гурьевым.

Они вошли в штабной вагончик.

- Ладно, неплохо, - кивнул, осмотревшись, Городецкий. Лицо его мгновенно сделалось жёстким, рабочим. - Ориентируй.

Гурьев открыл сейф, достал оттуда серый конверт и, вынув из него три снимка, положил их на столик изображениями вниз. На тыльной стороне каждого снимка были надписи от руки - "дочка", "мама", "бабушка и дедушка". Городецкий несколько секунд рассматривал нехитрый пасьянс. Гурьев показал пальцем на "дочку" и кивнул. Нахмурившись, Городецкий протянул руку, перевернул фото, поднёс к глазам. И долго, бесконечно долго рассматривал.

- Красавица, - он кивнул и взял следующий снимок. - Беру прикуп.

Некоторое Городецкий время цепко разглядывал оба фото:

- Ты смотри. Бывает же. Какое сходство.
- Всё? - с интересом спросил Гурьев.
- Нет, - буркнул Городецкий. - Не всё. Где-то я её видел. Где?
- Стареешь, секретарь, - вздохнул Гурьев, кивая на третий снимок.

Городецкий, коротко глянув исподлобья на Гурьева, поднял последнюю фотографию - и резко откинулся на спинку стула. Гурьев увидел, как натянулась у Варяга кожа на скулах. Городецкий сложил все три снимка в одной руке веером, словно карточную колоду, и смотрел на них минуты, наверное, две. Гурьев молчал. Даже глаза прикрыл.

Городецкий медленно, словно нехотя, сложил фотографии в конверт. И, зябко поведя плечами, проговорил:

- Вон зачем ты сюда рвался.
- Да если б я знал, зачем я сюда рвался.
- Но что-то же ты чуял.
- Не это. Не это, Варяг. Я до сих пор поверить не могу.
- Это точно?
- Это точно. Всё сходится - чуть ли не до часов и минут.
- А я-то думаю: за каким лядом тебе ермаковские показания вдруг понадобились. Пришлось тряхануть его как следует, чтобы правду сказал, наконец, мразь. Вот оно что. И дальше?
- Надо сказать ей.
- Спятил ты, что ли?! Советский ребёнок, комсомо...
- Не городи чушь, Варяг. Ничего в ней этого нет. Я её три с половиной месяца наблюдаю - каждый день. Это царская кровь.
- Дальше?! Что мы дальше с ней будем делать?!
- Это неверная постановка вопроса, Варяг. Верная будет такая: что она с нами захочет делать? Что захочет - то и сделает. Может и послать на все четыре стороны. А может - и нет. Вот если нет - тогда будем думать дальше. Царская кровь - это суд, Варяг. Суд окончательный, суд - на земле - последний. Как присудит, так и будет.
- Есть у тебя план - на случай "не пошлёт"?!
- Есть.
- Ага. Интересно. Ты Колчакову жену на этот предмет дёрнул?
- Да. Она её сходу признала. В общем, Варяг, готовься - сегодня вечером. Устроим маленькую пьянку по случаю окончания раскопок - и скажем. Войдём по самые ноздри.

Вадим Давыдов, "Киммерийская крепость" ("Наследники по прямой") (если кто не читал ещё)

gabblgob: (Default)

Оригинал взят у [livejournal.com profile] strukova_mv в Царевна

Мне бабушка говорила таинственно и напевно:
в Гражданскую это было, пришла к ним в село царевна.
Держалась она достойно в одежде простой из ситца,
твердила: осилим войны. Просила за Русь молиться.
В рассказанном лжи не вижу: какое же самозванство
не в Лондоне, не в Париже, в Рязани учить крестьянство,
скитаться в года лихие, казаться мечтой о чуде.
Укрыли леса глухие, не выдали добры люди
ни власти, ни волчьей пасти. И так она кочевала,
ни крошечки не просила, ни грошика не  искала.
Обители, сёла, тропы, дороги о край Европы.
Гражданская. Глушь. Россия.
Царевна Анастасия.



*   *   *

 - Что же ты там такое выкопал, - удивлённо приподнял брови Городецкий, шагая вслед за Гурьевым.

Они вошли в штабной вагончик.

- Ладно, неплохо, - кивнул, осмотревшись, Городецкий. Лицо его мгновенно сделалось жёстким, рабочим. - Ориентируй.

Гурьев открыл сейф, достал оттуда серый конверт и, вынув из него три снимка, положил их на столик изображениями вниз. На тыльной стороне каждого снимка были надписи от руки - "дочка", "мама", "бабушка и дедушка". Городецкий несколько секунд рассматривал нехитрый пасьянс. Гурьев показал пальцем на "дочку" и кивнул. Нахмурившись, Городецкий протянул руку, перевернул фото, поднёс к глазам. И долго, бесконечно долго рассматривал.

- Красавица, - он кивнул и взял следующий снимок. - Беру прикуп.

Некоторое Городецкий время цепко разглядывал оба фото:

- Ты смотри. Бывает же. Какое сходство.
- Всё? - с интересом спросил Гурьев.
- Нет, - буркнул Городецкий. - Не всё. Где-то я её видел. Где?
- Стареешь, секретарь, - вздохнул Гурьев, кивая на третий снимок.

Городецкий, коротко глянув исподлобья на Гурьева, поднял последнюю фотографию - и резко откинулся на спинку стула. Гурьев увидел, как натянулась у Варяга кожа на скулах. Городецкий сложил все три снимка в одной руке веером, словно карточную колоду, и смотрел на них минуты, наверное, две. Гурьев молчал. Даже глаза прикрыл.

Городецкий медленно, словно нехотя, сложил фотографии в конверт. И, зябко поведя плечами, проговорил:

- Вон зачем ты сюда рвался.
- Да если б я знал, зачем я сюда рвался.
- Но что-то же ты чуял.
- Не это. Не это, Варяг. Я до сих пор поверить не могу.
- Это точно?
- Это точно. Всё сходится - чуть ли не до часов и минут.
- А я-то думаю: за каким лядом тебе ермаковские показания вдруг понадобились. Пришлось тряхануть его как следует, чтобы правду сказал, наконец, мразь. Вот оно что. И дальше?
- Надо сказать ей.
- Спятил ты, что ли?! Советский ребёнок, комсомо...
- Не городи чушь, Варяг. Ничего в ней этого нет. Я её три с половиной месяца наблюдаю - каждый день. Это царская кровь.
- Дальше?! Что мы дальше с ней будем делать?!
- Это неверная постановка вопроса, Варяг. Верная будет такая: что она с нами захочет делать? Что захочет - то и сделает. Может и послать на все четыре стороны. А может - и нет. Вот если нет - тогда будем думать дальше. Царская кровь - это суд, Варяг. Суд окончательный, суд - на земле - последний. Как присудит, так и будет.
- Есть у тебя план - на случай "не пошлёт"?!
- Есть.
- Ага. Интересно. Ты Колчакову жену на этот предмет дёрнул?
- Да. Она её сходу признала. В общем, Варяг, готовься - сегодня вечером. Устроим маленькую пьянку по случаю окончания раскопок - и скажем. Войдём по самые ноздри.

Вадим Давыдов, "Киммерийская крепость" ("Наследники по прямой") (если кто не читал ещё)

gabblgob: (mohel)

Изощренная схема работала до тех пор, пока один из глав региональной администрации не обнаружил задолженность - несмотря на то что уплатил коммунальщикам по всем счетам.

Схема работала под контролем высокопоставленного регионального чиновника. Руководителям муниципальных районов выставлялись консолидированные счета на оплату несуществующих долгов населения и муниципальных предприятий за коммунальные услуги. Счета выставляли не поставщики услуг, а фирмы, якобы приобретшие эту задолженность с помощью фирм-однодневок у управляющих компаний.

Для погашения задолженности администрации районов были вынуждены брать кредиты в банках. Полученные деньги участники схемы распределяли по другим финансовым операциям, чтобы замаскировать источник происхождения. Далее средства переводились на счета зарубежных компаний в виде оплаты товаров или услуг или обналичивались физическими лицами. Криминальные доходы от этой схемы были направлены на приобретение нескольких отелей в курортных местностях Франции, одного шале в Швейцарии и интернет-провайдера в России.

Интересная схемка, хотя наверняка не особенно оригинальная. Надо будет использовать для проекта.
gabblgob: (mohel)

Изощренная схема работала до тех пор, пока один из глав региональной администрации не обнаружил задолженность - несмотря на то что уплатил коммунальщикам по всем счетам.

Схема работала под контролем высокопоставленного регионального чиновника. Руководителям муниципальных районов выставлялись консолидированные счета на оплату несуществующих долгов населения и муниципальных предприятий за коммунальные услуги. Счета выставляли не поставщики услуг, а фирмы, якобы приобретшие эту задолженность с помощью фирм-однодневок у управляющих компаний.

Для погашения задолженности администрации районов были вынуждены брать кредиты в банках. Полученные деньги участники схемы распределяли по другим финансовым операциям, чтобы замаскировать источник происхождения. Далее средства переводились на счета зарубежных компаний в виде оплаты товаров или услуг или обналичивались физическими лицами. Криминальные доходы от этой схемы были направлены на приобретение нескольких отелей в курортных местностях Франции, одного шале в Швейцарии и интернет-провайдера в России.

Интересная схемка, хотя наверняка не особенно оригинальная. Надо будет использовать для проекта.
gabblgob: (mohel)

Via ir_ingr

Читаю интереснейшие дневники доктора Мишеля Леша о визите Грэма Грина в лепрозорий в Бельгийском Конго и о том, как Грин настойчиво и устремлённо добивался этого визита. Человек писал роман. Не поленился и отправился собирать материал для своей книги "Ценой потери", которая очень не нравится критикам, но по мне так она - одна из лучших у автора. Собственно, это чтение дневников Леша и подвигло на дальнейшие размышления.

размышления )
gabblgob: (Default)

Как быть авторам худлита? Тут надо смотреть по обстоятельствам. Если автору важна слава — значит, надо публиковаться бесплатно и биться с карманными драконами за читательское внимание. А если нужны и деньги, и слава, то придётся учить английский, создавать инструменты по собственному продвижению и осваивать западный рынок. И все это надо будет делать самостоятельно, потому что старая модель «писатель пишет — издатель раскручивает и продаёт» больше не работает.

Сорри и добро пожаловать в век цифровых технологий.

В дискуссии, развернувшейся в журнале замечательного писателя Яна Валетова, прозвучал «весомый аргумент» со стороны представителя издательской команды:

Если это начинающий автор, о котором издатель ничего не знает, он не будет в него вкладываться. В любой стране так. Это бизнес.

Оставим за скобками высокомерное хамство неведомо что воображающего о себе издателя, не о нём речь — в конце концов, все они заточены так или иначе одинаково. Мне стало ужасно интересно: а как, собственно, появляются пресловутые «раскрученные, популярные авторы»? Вдруг, откуда ни возьмись? Автор сразу пришёл к издателю уже раскрученным и популярным? А издатель сидел и ждал, пока к нему придёт такой автор, что сразу же станет ясно: это будущий/состоявшийся гений! Примеры Роулинг, Сэлинджера, Дэна Брауна и Акунина только убеждают в этом. Кого? Дураков.

И Ян Валетов совершенно прав:

Ситуацию просрали издатели. Просрали потаканием самым понятным примитивным вкусам читателя. Просрали нежеланием рисковать. Куда лучше напечатать 186 книг из серии «Девочка в периоде созревания с мечом в руке сражается со злобными гоблинами» с гарантированной прибылью 5 штук на тираж в 5 тыс. экз., чем один раз сделать ставку и проиграть. Это подход бухгалтера, а не издателя. По арифметике он правильный, а вот по стратегической перспективе — в конце обязательно ждёт жопа.

Жопа, между тем, уже никого не ждёт — она пришла и села. Теперь надо выкарабкиваться из-под неё. Но издатели не собираются этого делать: «книги» про четырёхметровых стальных терминаторов по-прежнему обеспечивают им отпуск на Канарах. А что ещё нужно правильному пацану, пришедшему к успеху?

Запись опубликована Вадим Давыдов | Dixi. You can comment here or there.

gabblgob: (mohel)

В издательстве РИД вышла книга Тило Сарацина «Германия: самоликвидация».



«Перед вами, дорогой читатель, лежит одна из самых необычных книг, написанных за последние десять-двадцать лет. Своеобразие этой книги заключается в том, что она, по сути, является первым восстанием известного европейского интеллектуала и политика против политкорректности, которая пронизала, как саркома, все поры свободного общества и превратила его в худшую из тюрем – тюрьму разума. Тило Саррацин написал свою книгу как приглашение к дискуссии, а не как готовые ответы на поставленные вопросы. И ценность этой дискуссии выходит далеко за рамки Германии. И в России сейчас те же проблемы: абсолютное сокращение населения, низкая рождаемость, приток иммигрантов. Тем всегда и ценны такого рода постановки задач: они заставляют людей думать. Думать о самом, может быть, главном в нашей жизни: кто мы, для чего мы и что будет с нами завтра».

Профиль

gabblgob: (Default)
Вадим Давыдов

January 2017

S M T W T F S
1234567
891011 121314
15161718192021
22232425262728
293031    

RSS

RSS Atom

Популярные метки

Создано

Развернуть метки

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 12:06
Powered by Dreamwidth Studios